вот, к примеру, я пыталась вспомнить, какие у меня были отношения с мальчиками, и какие - с девочками.
в детском садике.
в школе.
после школы.
какие игры, какие развлечения.
Н-да...
Я все детство, сколько себя помню, дралась и ссорилась с братом. Лет до 15, если не дольше. Нас уже в математической школе, где с остальными были хорошие отношения, старались на всякий случай не звать одновременно, и в походы мы ходили в разных группах. Мы дрались постоянно, из-за всего, по поводу и без. Обзывались, обижались. Пакостей не делали друг другу, но непрерывно выясняли, кто старше. Брат еще в детстве обещал, что вырастет – и станет моим старшим братом. И стал: он директор крупной фирмы, его все уважают (хотя мало кто любит), и все уверены, что он меня старше.
Брат, хоть и младший, всегда мне командовал, меня строил и лупил, а я то слушалась (потому что это проще, чем возражать), то бунтовала. Брат при этом до 7 класса вообще ни с кем не дружил и не ссорился, и страшно ревновал меня ко всем приятелям. Он придумывал, или мы с ним вместе придумывали – и реализовывали, причем у брата всегда были очень твердые требования к исполнению: «так и только так». Родители были куда более мягкими и либеральными. А брат требовал подчинения. Я знала, что физически я сильнее, но брат зверел и впадал в ярость, чуть что не по нему – и я предпочитала не связываться.
Мы с ним не играли в обычном детском смысле этого слова, мы предельно серьезно относились к своим занятиям, будь то пещера в сугробе, шалаш или гнездо на дереве. Мы строили, это была ВАЖНАЯ РАБОТА. Сейчас у меня растет такой же серьезный и деловой племянник 4 лет… Он не фантазирует, не играет, он – работает: соединяет шланги, включает провода в розетку, стучит молотком, копает огород.
Во дворе я нормально общалась с ребятами, хотя предпочитала мальчишескую компанию. А вот в детском саду была одна, ни с кем не играла, и ходить туда не любила очень.
В начальной школе тоже были довольно хорошие отношения. В 1-2 классе меня провожал из школы соседский Колька, потом – Витька, а до того очень хорошо помню, какую разборку я учинила обнаружив, что Колян со мной больше не желает дружить, ибо нашел себе приятеля-мальчишку.
Когда жила у бабушки, то ни с кем не ссорилась, но была «белой вороной» в классе, и девчонки меня гоняли, да я их и сама сторонилась, зато с мальчишками вовсю дружила. И в секции дружила. И на даче. А в мат.классе мне нравились мальчики из класса на год старше, и я всячески с ними тусовалась после уроков.
У меня было много разных компаний, и в каждой из них я была почти своя. В мат.классе, в школьной походной компании, на физфаке, в институте… И сейчас примерно та же картина: полно приятелей, полно знакомых, но близких друзей – по пальцам сосчитать. Пока все хорошо, я всем нужна, и все в порядке, да. А когда мне хреново, то я одна, потому что боюсь, что я лишняя, что я напрягаю, и вообще недостаточно хороша.
Мне еще в школе говорили, что я всеми вокруг пытаюсь командовать, и всех строить, как будто вокруг меня сплошные младшие братья и сестры. И сейчас сперва люди подходят близко, потому что со мной интересно, а потом обижаются, и уходят. И с мальчиками, и с девочками картина примерно одинаковая… Очень мало людей, которые меня вообще могут долго выносить.
Слишком много чего хочу, и очень твердо знаю при этом, как надо, и не забываю сказать о том, что делать будем именно так. Если мне сказать уверенно: «нет, мы будем делать по-другому», я сходу соглашусь. Мне не принципиально, чтоб было именно так, как я придумала, мне важно, чтоб было сделано в итоге хорошо.
в детском садике.
в школе.
после школы.
какие игры, какие развлечения.
Н-да...
Я все детство, сколько себя помню, дралась и ссорилась с братом. Лет до 15, если не дольше. Нас уже в математической школе, где с остальными были хорошие отношения, старались на всякий случай не звать одновременно, и в походы мы ходили в разных группах. Мы дрались постоянно, из-за всего, по поводу и без. Обзывались, обижались. Пакостей не делали друг другу, но непрерывно выясняли, кто старше. Брат еще в детстве обещал, что вырастет – и станет моим старшим братом. И стал: он директор крупной фирмы, его все уважают (хотя мало кто любит), и все уверены, что он меня старше.
Брат, хоть и младший, всегда мне командовал, меня строил и лупил, а я то слушалась (потому что это проще, чем возражать), то бунтовала. Брат при этом до 7 класса вообще ни с кем не дружил и не ссорился, и страшно ревновал меня ко всем приятелям. Он придумывал, или мы с ним вместе придумывали – и реализовывали, причем у брата всегда были очень твердые требования к исполнению: «так и только так». Родители были куда более мягкими и либеральными. А брат требовал подчинения. Я знала, что физически я сильнее, но брат зверел и впадал в ярость, чуть что не по нему – и я предпочитала не связываться.
Мы с ним не играли в обычном детском смысле этого слова, мы предельно серьезно относились к своим занятиям, будь то пещера в сугробе, шалаш или гнездо на дереве. Мы строили, это была ВАЖНАЯ РАБОТА. Сейчас у меня растет такой же серьезный и деловой племянник 4 лет… Он не фантазирует, не играет, он – работает: соединяет шланги, включает провода в розетку, стучит молотком, копает огород.
Во дворе я нормально общалась с ребятами, хотя предпочитала мальчишескую компанию. А вот в детском саду была одна, ни с кем не играла, и ходить туда не любила очень.
В начальной школе тоже были довольно хорошие отношения. В 1-2 классе меня провожал из школы соседский Колька, потом – Витька, а до того очень хорошо помню, какую разборку я учинила обнаружив, что Колян со мной больше не желает дружить, ибо нашел себе приятеля-мальчишку.
Когда жила у бабушки, то ни с кем не ссорилась, но была «белой вороной» в классе, и девчонки меня гоняли, да я их и сама сторонилась, зато с мальчишками вовсю дружила. И в секции дружила. И на даче. А в мат.классе мне нравились мальчики из класса на год старше, и я всячески с ними тусовалась после уроков.
У меня было много разных компаний, и в каждой из них я была почти своя. В мат.классе, в школьной походной компании, на физфаке, в институте… И сейчас примерно та же картина: полно приятелей, полно знакомых, но близких друзей – по пальцам сосчитать. Пока все хорошо, я всем нужна, и все в порядке, да. А когда мне хреново, то я одна, потому что боюсь, что я лишняя, что я напрягаю, и вообще недостаточно хороша.
Мне еще в школе говорили, что я всеми вокруг пытаюсь командовать, и всех строить, как будто вокруг меня сплошные младшие братья и сестры. И сейчас сперва люди подходят близко, потому что со мной интересно, а потом обижаются, и уходят. И с мальчиками, и с девочками картина примерно одинаковая… Очень мало людей, которые меня вообще могут долго выносить.
Слишком много чего хочу, и очень твердо знаю при этом, как надо, и не забываю сказать о том, что делать будем именно так. Если мне сказать уверенно: «нет, мы будем делать по-другому», я сходу соглашусь. Мне не принципиально, чтоб было именно так, как я придумала, мне важно, чтоб было сделано в итоге хорошо.
К последнему абзацу
Так не забывайте добавлять при этом: "А у тебя какие предложения"?:)
Женя, извините, может быть вы просто рассказываете, а вовсе не советов прОсите. Решилась прокомменторовать только потому, что не первый раз читаю у вас на тему "когда вы узнаете меня поближе, вам захочется стать подальше".
no subject
А насчет компании - мало кто имеет совсем свою, я вот тоже - нет. есть несколько близких людей, и то - это меняется со временем, и не всегда по моей воле.
Да и многие компании, "общества по интересам" мне нравятся, но я не могу до конца влиться, вечно до конца не соответствую, и жалею, что не чувствую себя своей полностью, чтобы с униформой и значком. Ужасно хочется принадлежать к... Но не выходит... Судьба такой.
no subject
no subject
no subject
Это что, повсеместное явление - кажешься одной, а ощущаешь себя диаметрально противоположной??
no subject
no subject
>А когда мне хреново, то я одна, потому что боюсь, что я лишняя, что я напрягаю, и вообще недостаточно хороша.
Вот это-то как раз нормально. Это так у всех. На почве депрессии возникают сомнения в справедливости мира (друзей включительно).
Меня тут порядком отучили от идеи "вместе", так что наверное я плохой советник, но каждый умеренно-добрый человек любит помогать ближнему, НО не любит, когда ему надо самому догадываться, что пора помогать. Вывод - надо учиться просить чётко и конкретно - это оценят и обрадуются собственной для тебя необходимости. У меня например плохо получается просить, ибо "что ж я сама не могу?" и вообще создаётся некий моральный долг, хотя всегда есть довод "в зеркальной ситуации я бы тут же побежала помогать и не ждала ничего взамен". Мне это всегда помогало в смысле набраться наглости.
no subject
ага. и не ты одна.
хотя я его тоже люблю.
Мишка на полтора года меня младше.
Он стал крутым и мудрым. Он однозначно старше меня. Он меня давно уже не воспитывает, но когда он говорит, я понимаю, что он мудрее (это не значит, что он всегда прав). Он не делает это снисходительно. Он просто так живёт.
Как и твой брат.
Re: ага. и не ты одна.
Не смотрите вы, пожалуйста, свысока...
ИМХО, Ленка, чтоб с тобой говорить свысока, надо превосходить тебя в габаритах. Так что ты на Борьку поклеп возводишь, однозначно.
Re: Не смотрите вы, пожалуйста, свысока...
Свысока, поучающе так...
no subject
И так и не так. Уходят не потому, что ТЫ плохая, а потому что у взрослых людей дружба иная, чем у детей.
С огромным сожалением вспоминаю КАК близко я дружила в школе (правда, исключительно с девочками). Все свободное время вместе, все тайны - напополам (или на троих), подруги занимали в моем сознании первое место, деля его с семьей. Учеба шла где-то третьим планом, школа была в первую очередь местом общения с подругами.
Выйдя замуж, ситуация необратимо изменнилась, поскольку ВРЕМЕНИ нет на такую тесную тусню, да и эмоциональная потребность в контакте удовлетворяется Вадькой и детьми. И еще фактор места - мы бы с тобой виделись гораздо чаще, живи рядом, а не в часе езды друг от друга. А так - возрастная психология в чистом виде.